Хопёр-Инвест

Материал из LETOPIS
Версия от 06:16, 23 января 2024; Sophomore (обсуждение | вклад) (top: replaced: приватизационных чеков → приватизационных чеков)
(разн.) ← Предыдущая | Текущая версия (разн.) | Следующая → (разн.)
Перейти к: навигация, поиск

Хопёр-Инвест (осн. 1991) — финансовая пирамида.

20 ноября 1991 года отец и сын — Игорь Михайлович и Лев Игоревич Константиновы — учредили в Волгограде ТОО Региональный агрокоммерческий центр (РАКЦ) «Хопёр» с уставным капиталом 10 тыс. рублей. Он торговал астраханскими и импортными сельхозпродуктами через собственную торговую сеть (дюжина ларьков) в городе Волгограде.

Но вот однажды Лев вложил 200 рублей землякам в Русский дом селенга (РДС), бизнес ему понравился, и он решил его скопировать, внедрив к конкурентам своих людей.

11 января 1992 года в Администрации Дзержинского района г. Волгограда было зарегистрировано ТОО Инвестиционная компания (ТОО ИК) «Хопёр-Инвест». Учреждена компания была Лией Львовной Константиновой, её сыном Львом, Тагиром Абазовым и бывшим слесарем, ставшим генеральным директором Олегом Суздальцевым. Основными видами деятельности в свидетельстве о государственной регистрации были указаны инвестиционная и хозяйственная деятельность. Л. Л. Константинова для этого взяла два банковских кредита.

Ставшая вскоре всем известной компания была названа «отличной (от других)». Было заявлено, что компания будет вкладывать свои средства в развитие фирменной торговой сети (которая, впрочем, к тому моменту состояла только из волгоградских ларьков, остальное было лишь в планах) и в ценные бумаги других предприятий.

Поначалу компания была региональной, но к концу 1994 года после массивной рекламы с кабаре-дуэтом «Академия» и Сергеем Минаевым были созданы филиалы ТОО ИК «Хопёр-Инвест» в 75 регионах России.

Для того чтобы обойти запрет на привлечение средств организациями, не имеющими банковской лицензии, волгоградские бизнесмены придумали следующую схему. Вкладчики «Хопёр-Инвеста» формально считались не вкладчиками, а соучредителями. С каждым из них оформлялся договор «О присоединении к учредительному договору». Вместе с экземпляром этого документа выдавалось свидетельство о внесении взноса в уставный фонд компании. Учредительные документы компании, по словам её руководства, периодически пересматривались, и списки новых учредителей вносились в них в виде приложений. Приём денег от учредителей вели в 1994 году 74 региональных филиала и более 500 представительств ТОО в городах и посёлках России. Учредительство было непродолжительным — от трёх месяцев. По истечении срока договора соучредитель заключал с компанией соглашение о выходе из состава учредителей ТОО, получая обратно свой взнос, а также причитающуюся ему часть прибыли компании.

Константинов в 1994 году заявлял, что на протяжении деятельности «Хопёр-Инвеста» выплаты колебались от 160 до 270 % годовых.

В сентябре 1993 года в том же Волгограде была создана вторая инвестиционная структура группы «Хопёр» — чековый инвестиционный фонд «Хопёр-Инвест-Фонд». Его учредили ТОО «Хопёр-Инвест» и «Концерн Хопёр», среди учредителей которого также фигурировал «Хопёр-Инвест».

ЧИФ занимался сбором средств и ваучеров у населения. Он работал через инфраструктуры региональных представительств «Хопра».

Позже основным выгодополучателем стало смешанное товарищество (СТ) «Хопёр-Инвест», образованное путём слияния ТОО «Хопёр-Инвест» и АОЗТ «Хопёр-Инвест» и зарегистрированное 22 ноября 1994 года в городе Элисте с благоприятным налоговым климатом.

Гусаков В. А.: «„Хопёр“ хотел сделать допэмиссию, но понимая, что в Минфине это им не удастся, они, разобравшись с правилами регулирования и зная, что меньше определённой суммы эмиссию регистрируют в регионах, зарегистрировали кучу дочерних компаний с похожими названиями в Калмыкии и каждая выпустила свои бумаги».

Так в один день (19 августа 1994 года) в Калмыкии родилась «великолепная шестёрка» АОЗТ («Хопёр-Классик», «Хопёр-Негоциант», «Хопёр-Гарант», «Хопёр-Дилижанс», «Хопёр-Прометей» и «Хопёр-Юпитер»), а ещё через три дня она была зарегистрирована Государственной регистрационной палатой Калмыкии.

Учредителями всех их стали два акционерных общества закрытого типа «Хопёр-Холдинг» и «Хопёр-Империал». Эти две организации купили соответственно по 60 и 40 % 250-миллионных пакетов простых именных акций вновь образованных АО.

К этому времени СТ «Хопёр-Инвест» уже имел 8 региональных центров и 65 филиалов, а общее количество вкладчиков-«соучредителей» у него достигло 4 млн человек.

Появились страховая компания «СК-Хопёр», риэлтерская контора «Хопёр-Риэлти» и охранная служба «Хопёр-Лекс». Планировалось создание собственного банка и сети безналичных расчётов по пластиковым карточкам «Хопёр-Кард».

Помимо активного сбора народных денег СТ занималось торговлей продуктами питания (был создан амбициозный АОЗТ «Национальный продовольственный альянс»), товарами народного потребления, переработкой и транспортировкой сельхозпродукции. В одном из рекламных материалов «Хопёр» заявлял «с полной ответственностью»: «Мы пришли не на один день и не на один год».

Младший Константинов раскатывал на бронированном «Роллс-Ройсе», ходил в окружении автоматчиков. Сотни тысяч долларов ушли на создание службы безопасности компании. Возглавлял её бывший глава Управления КГБ по Волгоградской области генерал В. А. Гуро. Он покрывал «Хопёр» во всех властных структурах, а иностранные легионеры и сорок человек личной охраны обеспечивали покой Льва Константинова.

На рекламу он тратил около 1 млн долларов в месяц только на ОРТ. Впрочем, как утверждают очевидцы, самые важные решения в компании принимала Лия Львовна. Без утверждения ею ни одна бумага (даже подписанная сыном) не пускалась в ход.

Инвестиционная компания «Хопёр» продавала бумаги своих шести дочерних структур, которые были эмитентами акций. 8 сентября они разом зарегистрировали новые проспекты эмиссий. В результате этих фокусов курсовая надбавка, полученная от продажи акций, оседала не на счетах компании-эмитента, а в кармане компании-брокера. В результате прибыль, полученная от роста курсовой стоимости, оставалась у учредителей и становилась недосягаемой для вкладчиков (бывших акционерами компаний-эмитентов и подписавших договор именно с одной из них). Объём эмиссии каждой из шести созданных компаний составлял 45 млрд рублей. Полученные за акции деньги компании по договору о совместной деятельности передавали «Хопёр-Инвесту», а тот вкладывал их в свои проекты. Никаких самостоятельных капиталовложений компании не делали. При этом молодые «Хопры» раздавали в своих рекламных проспектах щедрые обещания непрерывного роста курсовой стоимости своих акций. С юридической точки зрения они ничего из себя не представляли.

К тому моменту опыт МММ уже доказал, что от таких обещаний можно всегда отказаться. Собранные деньги и ваучеры, по информации руководства ЧИФа, были вложены в десятка два крупных торговых и промышленных предприятий России. Наиболее значительные из них: АООТ «Большой гостиный двор» в Санкт-Петербурге, где на чеки акционеров было приобретено 18 % акций, АООТ «Холод-2» (25 %), АО «Комбинат пищевых продуктов» (16 %), петербургский «Центр фирменной торговли».

Доля СТ «Хопёр-Инвест» в АО «Дом моделей „Кузнецкий мост“» составляла 36,4 %, конструкторском бюро НПО «Люлька Сатурн» (предприятие ВПК по выпуску двигателей к самолётам СУ) — 23,2 %, НПО «Технология» — 44,8 %, ООО «Инженеринвестсервис» — 80 % и т. д. Такие пакеты акций давали право на вхождение представителя СТ в советы директоров этих предприятий и получение дивидендов от инвестированных средств.

Кроме того, «Хопёр-Инвест-Фонд» владел пакетами акций баз отдыха в Ленинградской области, Подмосковье и Анапе, а также нескольких промышленных и нефтегазовых предприятий, названия которых руководство «Хопра» не разглашало, сославшись на нездоровый ажиотаж вокруг нефтяных имён. Такие успехи «Хопра» в приватизации (все пакеты акций им были приобретены на чековых аукционах) отчасти объяснялись участием власти Волгограда в их делах.

Указ Президента России позволял передать невостребованные ваучеры ЧИФам в обмен на распределение их акций среди малоимущих. На основании его городская администрация отдала свои «лишние» приватизационные чеки «Хопёр-Инвест-Фонду». По словам г-на Константинова, таким образом фонд получил около 5 % всех имевшихся в его распоряжении ваучеров. В петербургском Фонде имущества рассказывали, что именно такое содействие государства объясняло, почему ЧИФ «Хопёр-Инвест-Фонд» смог выставить на аукцион по продаже акций «Центра фирменной торговли» около 250 тыс. приватизационных чеков. А все остальные участники аукциона только 70 тыс. ваучеров.

По словам сотрудников Фонда имущества, «Хопёр» просто «сорил ваучерами». Тех результатов, которых он добился на аукционе (чуть более 18 % акций ЦФТ), можно было достигнуть, выставив лишь 90 тыс. чеков.

Акции эмитентов группы «Хопёр» продавались в самом центре Москвы: в здании Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко (Пушкинская ул., д. 17), здании Политехнического музея (проезд Серова, д. 6, 4-й подъезд).

Первая чёрная метка «Хопру» пришла 19 октября 1994 года. В тот день со счёта «Хопёр-Инвеста» в банке МАБИ по поддельным документам были сняты и бесследно исчезли 5 млрд рублей. Лев Константинов заявил, что в масштабах группы потерю такой суммы, собственно, и потерей-то считать нельзя. Однако начавшееся расследование заставило следователей покопаться в финансовых документах «Хопра».

Тогда же на таможенном посту Торфяновка при попытке нелегально вывезти из России под сиденьем автомобиля сумку с восемью банковскими упаковками — 800 тыс. долларов — был задержан финский гражданин, работник охранной фирмы Вячеслав Гусев, который лично знал Льва Константинова и консультировал службу безопасности «Хопра». По показаниям Гусева, деньги ему привезли охранники Константинова из Москвы. Его задачей было переправить их сперва в Финляндию, а затем — в один из тель-авивских банков (название ему должен был сообщить по телефону после успешного пересечения границы заместитель Константинова). Примечательно, что недели за полторы до ареста Гусев уже побывал в Израиле. Чьи это были деньги, ни следствие, ни суд ответить не смогли.

КРУ Министерства финансов считало, что «Хопёр-Инвест» по фиктивным контрактам перевёл за границу более 20 млн долларов.

В 1995 году активы компании составляли 180 млрд рублей. Однако большую же часть средств по мошенническим схемам переводили на валютные счета в Финляндии и Израиле. В начале декабря 1994 года председатель ФКЦБ Анатолий Чубайс подверг резкой критике деятельность «Хопёр-Инвеста». В частности, он отметил, что некоторые из компаний-«хопров», связанных между собой общими учредителями, используют «классические пирамидальные схемы».

В том же месяце у кооператива возникли проблемы с выплатами, и от вкладчиков посыпались заявления в милицию. На тот момент финансовая пирамида задолжала около 500 млрд неденоминированных рублей 4 млн вкладчиков.

Закрылось большинство из 72 региональных фирм, созданных финансовой группой «Хопёр».

История окончилась печально: в 1997 году Лия Константинова была арестована, а её сын и Абазов успели сбежать в Израиль, избежав ответственности, как только узнали, что арестованы их конкуренты из «РДС» Александр Саломадин и Сергей Грузин. Своей семье (жене и ребёнку) миллионер не оставил ни копейки. Таким образом, Лия Константинова и Олег Суздальцев стали козлами отпущения и получили наказание 8 и 4 года лишения свободы соответственно. Но, как и многие другие мошенники, обманувшие миллионы людей, они были освобождены условно-досрочно.

По оценкам экспертов, 4 млн вкладчиков вложили в «Хопёр» около 2,6 млрд деноминированных рублей.

Из приговора суда (показания Суздальцева): «…указания руководства я выполнял полностью и подписывал бумаги, не вникая в их суть, за что и получал зарплату. На самом деле компанией управляла Лия Львовна. Она осуществляла контроль за всей деятельностью…».

19 апреля 2001 года Таганским межмуниципальным судом г. Москвы был вынесен приговор, в соответствии с которым учредители и руководители компаний группы «Хопёр» были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ст. 147 УК РСФСР (мошенничество, то есть завладение чужим имуществом путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в крупных размерах организованной группой).

По уголовному делу признаны потерпевшими и гражданскими истцами только 2190 вкладчиков СТ Компания «Хопер-Инвест» и инвесторов АООТ ЧИФ «Хопёр-Инвест-Фонд», допрошенных в ходе следствия. Ходатайство Федерального общественно-государственного фонда по защите прав вкладчиков и акционеров о признании гражданскими истцами всех вкладчиков и инвесторов, выдавших доверенности Фонду, было отклонено следователем и Таганским межмуниципальным судом г. Москвы.

В ходе осуществления процедуры ликвидации конкурсным управляющим, комитетом кредиторов и Арбитражным судом Республики Калмыкия было отклонено ходатайство Фонда о применении ст. 188 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при формировании реестра кредиторов СТ Компания «Хопёр-Инвест», в соответствии с которой претензии инвесторов должны удовлетворяться в первую очередь.

Конкурсный управляющий отказался принять от Фонда доверенности, заявления с копиями документов по СТ Компания «Хопёр-Инвест», переданные вкладчиками Фонду для признания их кредиторами первой очереди.

Определением Арбитражного суда Республики Калмыкия от 16.02.2005 г. конкурсное производство в отношении СТ Компания «Хопёр-Инвест» было завершено. Компания ликвидирована и исключена из Единого государственного реестра юридических лиц. Выплаты в рамках конкурсного производства кредиторам пятой очереди не производились.

СТ Компания «Хопёр-Инвест» была включена в список компаний на производство компенсационных выплат из средств Федерального общественно-государственного фонда по защите прав вкладчиков и акционеров.


Elr logo.png

Хопёр-Инвест
на сайте «Экономическая летопись России»